Жоффруа Рюдель и мюзикл "Принцесса Греза" 

Сегодня хотела бы поделиться музыкой из мюзикла "Принцесса Греза", который был поставлен в театре "рок-орден Тампль" в Москве, а также поговорить об одном из самых первых провансальских трубадуров.

В основе сюжета мюзикла лежит легенда о трубадуре Жоффруа Рюделе, который посветил всемирно известный кансон графине Триполийской, неизвестной даме, в которую он влюбился, услышав о ее благородстве и красоте.

В нем мы слышим мотив "дальней любви". Это специфическая разновидность куртуазной любви (старопров. amor de lohn), куда входили cortesia — собственно куртуазное поведение, и joi — ее экстатическая сублимация.

Привожу текст этого кансона.

Длиннее дни, алей рассвет,

Нежнее пенье птицы дальней,

Май наступил, спешу я вслед

За сладостной любовью дальней.

Желаньем я раздавлен, смят,

И мне милее зимний хлад,

Чем пенье птиц и маки в поле.

Я верой в будущность согрет,

Ведь встречусь я с любовью дальней,

Но после блага жду я бед,

Ведь благо - это призрак дальний.

Стать пилигримом буду рад,

Чтоб на меня был брошен взгляд,

Прекраснейший в земной юдоли.

Услышать на мольбу в ответ

Жду, что готов приют мне дальний

Я мог бы, если б не запрет,

Быть рядом с ней и в дали дальней

Польются наши речи в лад

И близь и даль соединят,

Даря усладу после боли.

Печаль и радость тех бесед

Храню в разлуке с дамой дальней,

Хотя и нет таких примет,

Что я отправлюсь в край тот дальний.

Меж нами тысячи лежат

Шагов, дорог, земель, преград...

Да будет все по божьей воле!

Даю безбрачия обет,

Коль не увижусь с Дамой дальней,

Ее милей и краше нет

Ни в ближней нам земле, ни в дальней.

Достоинств куртуазных клад

Сокрыт в ней - в честь ее я рад

У сарацинов жить в неволе.

С творцом, создавшим тьму и свет,

Любви не позабывшим дальней,

Я в сердце заключил завет,

Чтоб дал свиданье с дамой дальней,

Чтоб стали комната и сад

Роскошней каменных палат

Того кто нынче на престоле.

Мой только тот правдив портрет,

Где я стремлюсь к любови дальней,

Сравню ль восторги всех побед

С усладою любови дальней,

Но стать горчайшей из утрат -

Ибо я крестным был заклят -

Ей предстоит. О, злая доля!

О, сладость горькая утрат!

Будь крестный мой врагом заклят!

Страсть без ответа - что за доля!

Жоффруа воспевает идеал куртуазной любви - недостижимой, и оттого столь желанной. Возвышенное стремление к далекому идеалу облагораживает рыцаря и дает ему силу на подвиг. Наградой служит знак внимания прекрасной дамы, при этом сохраняющий чувство в чистоте.

В XIX веке этот сюжет был очень популярен среди поэтов-романтиков. К примеру, к нему обращался Роберт Браунинг.

Эта идея нашла отражение в творчестве итальянских поэтов Возрождения - Данте и Петраркию

В провансальской традиции соединение с прекрасной дамой еще представлялось возможным, а у Данте и Петрарки далекая любовь приобретает божественный статус, дающий возможность подняться с земли на небеса.